Артаксерксово действо
Наталья: В чем служба-то твоя и как зовется,
Скажи ты мне на милость!

Яков:
Как зовется,
Не знаю сам покуда. Действом либо
Игрой какой — мудреное прозванье.

Наталья
(с участием): Без крестов
Играете игру-то? Перед действом
Снимаете кресты-то?

Яков: Не снимаем.

Наталья: Греха-то что!

Обычно историки избегают слов «первый», «самый ранний», «новый век принес с собой» и так далее. Они кажутся очень некорректными. Ну действительно – в первом веке после Рождества Христова весь мир не стал резко христианским, средние века не наступили в 500 или 600 году, а в 2012 не случился конец света. Но вот дату первого русского спектакля можно, пожалуй, принять без всяких оговорок. «Артаксерсково действо» было сыграно 17 октября 1672 года. Но вот вопрос, как это самое «действо» появилось на свет, довольно темен.

Первый русский спектакль

Случилось это в правление царя Алексея Михайловича, роду Романовых, а прозванием Тишайшего. Женат он был в тот момент вторым браком, и 30 мая 1672 года его супруга Наталья Николаевна Нарышкина подарила ему сына – будущего императора Петра. В честь рождения ребенка были устроены невероятные придворные празднества. В числе прочих увеселений царь повелел устроить и иноземную диковинку – театр.

Откуда такая идея возникла в царском сознании, сказать довольно трудно. Известно, что после запрещения скоморохов в 1642 году было предпринято целых две экспедиции в Европу с целью привезти в Россию актеров-иностранцев, и обе они потерпели полную неудачу. Европейские лицедеи отчего-то вовсе не горели желанием ехать в малообразованную и довольно дикую в их представлении Московию, из которой вернешься ли, нет ли – одному Богу известно…
Алексей Михайлович
Артамон Матвеев: отец русской дипломатии

Вероятнее всего, вдохновителем идеи был глава Посолького приказа Артамон Матвеев – один из самых умных, образованных, а главное, светских на европейский манер людей тогдашней Руси. Матвеев был настолько «европейцем», что в его доме женщины сами принимали гостей, в то время как прочие русские «боярышни» сидели в светлицах под замками. Кроме того, Матвеев был не только одной из важнейших фигур русской дипломатии того времени, но и родственником Натальи Николаевны – возможно, именно поэтому к его сумасбродной затее царь отнесся благосклонно.

Важно четко понять масштаб проблемы, стоявшей перед организаторами первого русского спектакля. Для этого самого спектакля не было пьесы, которую надо было поставить. Не было актеров, которые бы ее сыграли. Не было здания. Проще говоря – не было ничего.
Артамон Матвеев. Посмертная портретная фантазия.
Немецкая слобода приходит на помощь

Но была Немецкая слобода – удивительное место в Москве, своеобразное гетто для иностранцев на территории нынешнего района Лефортово. К немцам оно не всегда имело прямое отношение. Так русскоговорящие обитатели Москвы называли всех, кто говорил на иностранных языках – с точки зрения русских они были «немыми». Туда и отправился глава Посольского приказа в поисках верного помощника.

Русскому боярину выдали головой Иоганна Готфрида Грегори – пастора местной церкви. Почему именно немецкий священник должен быть ответственным за устройство первого русского спектакля – ясно не вполне. То ли потому, что у него был маленький любительский театр. То ли потому, что, как пастор, умел сочинять проповеди, а от проповедей до пьесы – рукой подать. То ли просто первый под руку подвернулся.

Библия как первая русская пьеса

Так или иначе, встреча Матвеева и Грегори оказалась судьбоносной. Грегори взялся подготовить и пьесу, и артистов. Сюжет выбирался долго и тщательно. В нем должно было сойтись многое. Во-первых, он должен быть религиозным (иначе неприлично). Во-вторых, прославляющим мудрого и прекрасного царя (иначе непатриотично). В третьих, в числе действующих лиц должен быть прекрасный вельможа – глубоко положительный персонаж (чтобы всегда помнить об Артамоне Матвееве, который все это организовал). Такой сюжет в итоге был найден – библейская книга Эсфирь. Там был и прекрасный царь Артаксеркс (женатый, кстати, вторым браком), и мудрый придворный Мардохей, который разрушает козни коварного Амана. Грегори взялся за переделку библейского текста в пьесу. Результат, с точки зрения современного читателя, получился чудовищный, но с точки зрения абсолютных неофитов XVII века – совершенно блестящий.

Не смутило царских слуг ни то, что пьеса была написана на немецком языке (Алексей Михайлович языком владел свободно, боярин Матвеев тоже, а остальных и не спрашивали). Ни то, что была она примерно в три раза длиннее любой классической пьесы (которых они еще не читали), а значит, в исполнении занимала около десяти часов.

За актерами тоже дело не стало. Решили действовать с трех сторон – организовали еще одну заграничную экспедицию под руководством полковника фон Стадена, набрали русских юношей с целью обучить их актерскому ремеслу, а параллельно Грегори стал готовить к сцене и некоторых из жителей Немецкой слободы – для скорости.
Иоганн Готфрид Грегори. Гравюра XVII века
Актеры на цепи

Эпиграф к этой статье взят из пьесы Александра Островского «Комик XVII столетия», написанной к в 1872 году – аккурат к двухсотлетию описываемых событий. В блестящей пьесе русского классика вся эта история выглядит как авантюрная комедия с влюбленностями и переодеваниями. Но подспудно чувствуется, сколько человеческих драм было в московских семьях в процессе подготовки первой русской труппы. Русские юноши оказались поставлены между трагическим выбором - или не повиноваться царю и отказаться исполнять его волю, либо жить в учениках у немца-еретика и заниматься бесовским делом – скоморошьей комедией. От «дела» будущие актеры бегали старательно, некоторые настолько, что Грегори с разрешения Матвеева особо провинившихся сажал на цепь.

В итоге первый русский спектакль играла сборная – кого-то уломал и успел привезти в Москву дипломат фон Стаден, кого-то успели обучить из русской молодежи, основную массу составляли жители Немецкой слободы. Спектакль назвали «Артаксерксово действо» - пусть и не слишком корректно по отношению к библейскому первоисточнику, зато политически грамотно.

Между богомольем и Сокольниками

Самым простым из необходимого было строительство здания для спектакля. Денег на это было отпущено достаточно, а поскольку устройство театра толком никто себе не представлял, то решили построить обыкновенную избу, просто больших размеров.

Место для этого было выбрано не слишком очевидное, но чрезвычайно удобное – село Преображенское к северо-востоку от Москвы. С одной стороны, это село было неподалеку от Большой Владимирской дороги, по которой царская семья отправлялась в Троице-Сергиеву лавру, с другой – находилась рядом с развеселыми Сокольниками – любимыми охотничьими угодьями царя. Там и построили «Комедийную Хоромину» - первое театральное здание на Руси.
Преображенское. Освящение знамён Преображенского и Семёновского полков в присутствии императора Александра III. Рисунок 1883 года.
Женщины и бесовская потеха

Осмотрев его, Матвеев вдруг обнаружил деликатный момент, который в суете как-то пропустили. С одной стороны, все это развлечение затевалось в честь рождения наследника, к чему царица Наталья Николаевна имела самое непосредственное отношение. С другой – театр все еще оставался бесовской потехой, которую и взрослому мужчине-то смотреть неприлично – а тут женщина. Царицу надо было, с одной стороны, не пустить, а с другой - непременно дать возможность посмотреть представление. С истинно византийским искусством царедворец Матвеев предлагает сделать в сенях окошко. Таким образом, Наталья Николаевна, не входя на территорию позорного игрища, вполне могла им насладиться.

Особо приближенные бояре тоже допускались на представление. В избе было тесновато, поэтому кто-то встал за спиной Алексея Михайловича, а кого-то пришлось поставить у противоположной стены – за спинами играющих актеров. То, что им ничего не будет видно и понятно, в расчет не бралось – они здесь были вовсе не самыми главными.

Театр начался, но никто этого не заметил

Увы, об историческом дне рождения русского театра - 17 октября 1672 года, дне премьеры «Артаксерксова действа» - нам рассказать почти нечего. Мы знаем, как оно готовилось, как создавалось, как сочинялось – и ничего не знаем о том, как оно было сыграно. Как играли эти непрофессиональные актеры, подавляющее большинство которых совершенно не хотели в этом участвовать, а некоторые никогда даже и не видели спектаклей? Какое впечатление произвели они на царя и его окружение? Что думала об этом царица? Увы, все это нам не суждено узнать.

Очевидно, что Алексею Михайловичу действо понравилось. Матвеев и Грегори было щедро награждены, а сам спектакль царь повелел сыграть вновь, перенеся «Комедийную Хоромину» - всю как есть – в Кремль, в здание над придворной аптекой. Боярам, очевидно, не понравился. Кроме того, что представители знатнейших русских фамилий оказались в одном помещении с актерами, важную роль, очевидно, сыграли и физические трудности. В отличие от царя, сановники простояли все десять часов на ногах не сходя с места, что для пожилых людей (а их было большинство) стало тяжелым испытанием.

Так или иначе, «Артаксерксово действо» было повторено. Но на этом его история и закончилась – первая попытка введения театра в лоно русской государственности оказалась провальной. Строго говоря, это даже нельзя назвать такой уж осмысленной попыткой – не думаю, что хоть кто-то (в том числе Грегори, Матвеев и сам Алексей Михайлович) воспринимал всю эту историю как начало нового – театрального – дела в стране. Скорее к этому относились как к очередной царской забаве, стоявшей – как и географическая «Комедийная Хоромина» - где-то между богомольем и соколиной охотой. Никому из участников и зрителей этого спектакля не приходило в голову, что они присутствуют при историческом событии. Думаю, что никто из них вообще не воспринял этот день как важный и значительный в своей жизни.

Пьеса Островского «Комик XVII столетия» заканчивается тем, что отец главного героя приходит к Артамону Матвееву просить сделать из сына «царева комедианта». Великий драматург здесь грешит против истины. Никаких «царевых комедиантов» так и не появилось. «Артаксерксово действо» вовсе не первый акт великой театральной истории нашей страны и даже не его пролог. Это всего лишь эпиграф. Но полезно иногда бывает, прочитав очередную главу, вернуться к началу и с доброй улыбкой посмотреть на русского боярина, с помощью немецкого пастора инсценирующего Библию.

Маковский К. Е. «Народное гулянье во время масленицы на Адмиралтейской площади в Петербурге», 1869
Ваш Досуг 2021. Все права защищены
Ваш Досуг 2021.
Все права защищены